Мероприятие официально было 13-м по счету с момента, когда перанаканское сообщество Пхукета положило начало этой традиции – одновременно историко-культурной и туристической. Слоган в этом году был таким: «Осколок сиятельного прошлого: Свадьба в традиции баба как вековой символ любви».
Почетными гостями на мероприятии стали вице-губернатор Адун Чутхонг и его супруга, вице-президент пхукетского Красного Креста доктор Кхеммаван Чутхонг; президент Перанаканской ассоциации Таиланда доктор Косон Тангутхай; бывший губернатор Пхукета Сопхон Суваннарат и его супруга Буссади Суваннарат.
Главным украшением дня стал уличный парад в старинных нарядах. В этом году процессия стартовала от здания Sino House Phuket, исполнявшего роль дома жениха. Пунктом назначения был особняк семьи Хонгйок, известный как Ang Mo Lao.
Китайские свадебные ритуалы, включая чайную церемонию, религиозные ритуалы и церемонию поклона старшим, проходили в Ang Mo Lao.
Особенные китайцы
Китайские свадьбы на Пхукете являются отражением именно культуры перанакан, то есть потомков детей от смешанных браков купцов из Китая и коренных женщин Малакки. Культура перанакан (также известная как баба-йяйя и баба-ньонья) сочетает китайские, малайские и индонезийские традиции.
Дополнительно в эту ткань обычаев и привычек вплетены европейские элементы, ведь баба-ньонья активно взаимодействовали с торговцами Старого света, приплывавшими в Азию за редкими товарами.
Культура перанакан начала формироваться еще в XV-XVII веках на территории современных Малайзии, Индонезии и Сингапура. Оттуда потомки переселенцев добрались до Таиланда и, в частности, Пхукета.
В XIX веке представители перанаканского сообщества стали на Пхукете одной из самых весомых и влиятельных социальных групп. Произошло это благодаря «оловянному буму».
Основной рабочей силой на оловянных карьерах были китайские рабочие (прямые эмигранты из Китая), а представители сообщества перанакан (обеспеченные китайцы с малайской кровью) сформировали новую верхнюю страту общества. Пока одни добывали олово, другие продавали его за рубеж, ввозя взамен необходимые бытовые вещи. А также варили кофе, готовили хоккиенскую лапшу, возводили храмы и открывали банки.
В таком виде китайская диаспора и встретила ХХ век – на карьерах трудились тысячи низкооплачиваемых рабочих-кули, самим бизнесом руководили перанаканские купцы с обширными связями в Малакке. Знаковой фигурой для всего монтона Пхукет, объединявшего остров и соседние провинции, стал этнический китаец Ко Сим Би На-Ранонг, памятник которому стоит на холме Ранг в Пхукет-Тауне.
Дети многих культур
Важно сразу оговориться, что китайцы из волны XV-XVII веков легко и охотно ассимилировались в принимавших их сообществах сначала Малакки, а потом и Сиама. Именно поэтому культуру перанакан можно рассматривать как уникальный феномен Юго-Восточной Азии – в каждой стране она своя, но при этом носители идентифицируют себя как баба-ньонья.
Китайский эмигрант, освоившийся, к примеру, в Пенанге и женившийся там на малайке, приезжал в Сиам, где начинал впитывать уже местную тайскую культуру. Его дети формировали собственные семьи уже с сиамцами, но при этом разные поколения связывала единая нить китайских традиций – в том числе свадебных.
В ходе ежегодного Перанаканского фестиваля, который в этом году проходил в апреле, на Пхукете собираются потомки китайских переселенцев из минимум пяти разных стран. И как показывает реально общение с современными баба-ньонья, культура развивается до сих пор, даже в XXI веке.
Проще всего увидеть это на примерекулинарию, отталкивающейся от общего фундамента, но постоянно впитывающей новые веяния отдельных стран. Знаменитая хоккиенская лапша (ми хоккиен) на Пхукете и в Сингапуре – это уже два разных блюда. При этом для своих островов/городов каждое является визитной карточкой.
Именно благодаря перанаканскому вкладу Пхукет является уникальной гастрономической локацией в Таиланде. В прошлом ноябре глава Туристического управления Таиланда (ТАТ) Тхапани Киетпайбун напоминала жителям страны об этом и приводила в качестве примера именно блюда с перанаканскими корнями.
Госпожа Киетпайбун, неоднократно посещавшая Пхукет по долгу службы и без служебной надобности, рекомендовала попробовать пхукетские димсамы, упомянутую выше лапшу по-хоккиенски и тушеную свиную грудинку му-хонг. Каждое из этих блюд имеет китайские корни. И каждое – отличается как от изначального китайского рецепта-прародителя, так и от альтернативных рецептов-продолжателей из других мест.
Под разными именами
Само слово «перанакан» – вовсе не китайское, а малайское и означает «потомок». Еще один термин для этой культурной группы – «китайцы из пролива» (имеется в виду Малаккский пролив как основное место, где селились эмигранты).
Термин «баба-ньонья» не менее интересен лингвистически, причем он подчеркивает, насколько интегрированы были представители культуры перанакан в международное торговое сообщество.
«Баба» – это уважительное персидское и арабское обращение к мужчине старшего возраста, сравнимое со славянскими «отец», «дед».
«Ньонья» – это индонезийское обращение к женщине-иностранке, которое этимологически связывают с романскими «донна»/«донья» (замужняя женщина в Португалии и Испании) или «нона» (бабушка в Италии).
И конечно, в связи с этим нельзя не упомянуть характерный для перанаканских городов стиль сино-португез, в котором построен и пхукетский Старый город, и исторический центр Джорджтауна на Пенанге, и многие кварталы Сингапура. Он также является смешением традиций – китайской и португальской.
